На сказочном фоне храма, плавающего в лесном озере, проплывают, следуя смене времен года, панорамные картины жизни.
ВЕСНА. Монах-ребенок по неведению лишает животных жизни. Монах-ребенок привязывает камень к спинке рыбы. Та же печальная участь ждет лягушку и змею. В качестве наказания, наложенного старым монахом, монах-ребенок должен бродить по ручью в поисках рыбы и лягушки.
ЛЕТО. Монах-мальчик познает любовь и всепоглощающую страсть. Монаху уже 17 лет. В скит приходит девушка, которой нужно восстановить силы после болезни. В скором времени в сердце мальчика расцветают теплые чувства к девушке. Их купание в воде превращается в акт любви.
Бодхисаттва, не имеющий образа
Ким Ки Дук задался благородной целью: с помощью "самого важного из искусств" вызвать у западного человека интерес к "восточной благой вести" — буддизму Махаяны. Посему фильм сложен и в то же время достаточно прост. Сложен потому, что представляет собой месиво из буддизма Махаяны, даосизма, черной магии Бон, ответвления Махаяны — Чань-буддизма (по-японски — дзэн). Прост он потому, что даже человек, далекий от религии, проникнется размеренным темпом фильма, по венам этого далекого от религии человека разольется спокойствие; а когда пойдут финальные титры, человек встанет с дивана и скажет: "Да, я хороший фильм посмотрел". И не будет при этом особо задумываться.
Действие фильма происходит в кинематографически "замкнутом" пространстве, в хижине буддистского отшельника, которая находится посреди прекрасного зеленоватого озера, окруженного редколесьем и высокими горами. Видеоряд отличает воздушность, прозрачность и чистота. И хотя события фильма выходят за рамки этого места (переносятся в мегаполис), Ким Ки Дук избегает показывать сцены, происходящие в мегаполисе, — он четко озвучивает те события скупыми репликами персонажей, приехавших извне. Режиссер не оскверняет пространство фильма уродливой урбанистической геометрией, и за это ему большое человеческое спасибо.
У старого мудреца в хижине живет пацаненок-ученик. И вот пацаненок находит себе забаву: привязывает камешки к рыбке, лягушке, змее. Утром он просыпается и видит, что к его собственной спине привязан увесистый камень. "Ай, учитель, мне тяжело", — ноет пацан. "Иди найди рыбку, лягушку и змею, к которым ты привязал камешки, и если хоть одна из животин умрет, ты будешь носить камень вины всю свою жизнь". Показательный урок. Показательно также и то, что учитель не мешает событиям течь своим чередом — хотя, безусловно, он мог пресечь эти забавы на корню, поскольку наблюдал за учеником. Это может показаться аморальным, но только не в контексте буддизма. Смерти нет, жизни нет, есть только страдание, либо нирвана. Но если пацану отвесить подзатыльник и сказать "низзя", то это — глупо и антинаучно. Во-первых, пацан не просечёт всей глубины своего убожества, во-вторых, сущности по имени "змея" НАМНОГО лучше не станет, — она тупо поползет дальше, тогда как могла бы переродиться в высшее создание.
Потом пацанчег подрастет, сбежит в город и вернется к старому своему учителю в качестве убийцы, преследуемого полицией. Тогда учитель отобьет ему почки (чисто дзэн) и заставит вырезать ножом на причале одну из сутр праджняпарамиты ("праджня" переводится с санскрита как "мудрость", а "парамита" — "совершенная"). Когда ученик вырежет сутру, учитель преспокойно сдаст его прибывшим полицейским. Дескать, раз ты теперь городской житель, — искупай вину в тюрьме, а заодно достигай там просветления, в тюрьме тоже можно стать буддой.
В третий раз парень вернется на озеро после отсидки. Учитель к тому времени умрет. Поскольку мы имеем дело с буддизмом Махаяны, — то учитель вместо того, чтобы с благодарностью войти в нирвану, вернется на землю и продолжит "спасать людей", то бишь, вести их к нирване. Учитель понял, что достиг максимальной самореализации, достиг пределов земной мудрости, — и поэтому ушел. Он кончает жизнь самоубийством, которое называется в христианстве "грехом", но таковым не является в буддизме. Возвращается же он в образе змеи (я предполагаю это на основании того, что от лодки, где догорело тело учителя, отплыла юная змейка. Впоследствии змея заползет на причал и станет жить в хижине, строго наблюдая за своим учеником). То есть, как бы говоря, переходит из статуса "учитель" в статус "директора школы". Для своего бывшего ученика он станет метасимволом.
Зимой бывший ученик достигнет просветления, а весной у него появится свой ученик.
Одним словом, на примере знакомой всем нам смены сезонов Ким Ки Дук показывает цикличность жизни, и, в частности, цикличность перерождений бодхисаттв. Здесь важно понять, что на самом деле нет старого учителя, нет молодого ученика, который растет и превращается со временем в учителя, нет змеи с душой учителя в своем чешуйчатом теле, и т.д. Есть только бодхисаттва — нечто, передающее мудрость. Праджняпарамита — это, повторяю, совершенная, то есть, безличностная мудрость. Поэтому Ким Ки Дук исключает понятие "самости" и делает это вот каким образом: взрослого главного героя играют три разных актера, а старого главного героя играет вроде сам Ким Ки Дук.
Ну, а наиболее продвинутым бодхисаттвой является ФИЛЬМ. Ведь что такое фильм Ким Ки Дука? Это — "доносчик" истины. Тем не менее, у него нет своего образа, — фильм это вместилище образов, которые сменяют друг друга с каждым кадром. А теперь, какой путь находит Ким Ки Дук, чтобы донести до западного зрителя одну из важнейших в буддизме доктрину шуньяты (пустоты)? Очень простой — просто снимает фильм. Ведь все мы прекрасно понимаем, что кино — это не более, чем иллюзия…
Кстати, можно предположить и более негативную интерпретацию: учитель не достиг просветления, не вырвался из сансары и вернулся в мир в сущности змеи. Или, еще хуже (лучше?) — в сущности ребенка, которого зимой приносит женщина-"кукушка". "Весной" ребенок подрастает, начинает предаваться тем же забавам, которые мы видели в начале фильма — мучить черепаху. И его учитель (его бывший ученик) начинает учить его состраданию. И так без конца: весна, лето, осень, зима... Тоже, между прочим, отличная иллюстрация сансары! Но мне, конечно, гораздо больше нравится первая интерпретация.
(c) Владимир Гордеев
ОСЕНЬ. Молодой монах в агонии зла. Мальчик возвращается в скит в горах молодым мужчиной, которому за тридцать, после того, как совершил убийство. Старый монах наказывает его, обнаружив, что тот пытается совершить самоубийство перед статуей Будды. Он монах приказывает ему вырезать сутру Сердца Праджняпарамиты (Праджняпарамита Хридая сутра) на деревянном полу перед скитом, чтобы обрести душевный покой.
ЗИМА. Монах, теперь уже зрелый мужчина, возвращается в заброшенный скит в горах. Женщина, которая прячет свое лицо, приходит туда с ребенком. Она оставляет ребенка и убегает.
…И СНОВА ВЕСНА. Другой монах-ребенок: цикл четырех времен года. Старый монах живет в ските вместе с монахом-ребенком. Начинается новый цикл времен года, новый цикл жизни со всеми ее радостями и горестями, сконцентрированными в безмятежной атмосфере плывущего по воде скита.
Режиссер: Ким Ки-Дук /Ki-duk Kim/
В ролях: O Янг-су /Yeong-su Oh/, Ким Ки-Дук /Ki-duk Kim/, Ким Чон-хо /Jong-ho Kim/, Сео Че-кун /Jae-kyeong Seo/, Ким Янг-мин /Young-min Kim/
Разместить у себя на ресурсе или в ЖЖ:
На любом форуме в своем сообщении: